Что было с зимним дворцом после революции
Перейти к содержимому

Что было с зимним дворцом после революции

  • автор:

Как «штурмовали» Зимний дворец: легенды и факты

Как

В ночь с 25 на 26 октября 1917 года в Зимнем дворце Петрограда было низложено и арестовано Временное правительство. Ключевое событие Октябрьской революции в народном сознании во многом до сих пор рисуется мифами. Metro рассказывает о некоторых легендах и интересных фактах критической для страны ночи. Их прокомментировала доктор исторических наук, профессор кафедры всеобщей истории РГПУ им. Герцена Юлия Кантор.

На самом деле никакого штурма дворца не было

Фактически никакого штурма, толпы возбуждённых людей, с боем врывающихся в Зимний, не было. Дело решила посланная из Смольного группа Владимира Антонова-Овсеенко, по разным данным, состоящая из 9–12 человек.

– Группа попала во дворец со стороны Дворцовой площади, через единственную открытую дверь – подъезд Её Величества, – рассказывает Юлия Кантор. – Её просто забыли запереть. Революционеры поднялись по маленькой лестнице, а отнюдь не по парадной, Иорданской, что показана в фильме Эйзенштейна. Никто не лез и по решётке ворот Зимнего. Люди Антонова-Овсеенко не знали внутреннего устройства дворца. Поплутав по дворцу, они вышли в Малахитовый зал и увидели свет из Малой столовой, где и находились министры Временного правительства. Там Антонов-Овсеенко произнёс сакраментальную фразу, вошедшую в учебники: «Именем Военно-революционного комитета объявляю вас арестованными».

Почему до роковой ночи в Зимнем уже были раненые

В Зимнем дворце с 1915 года был Лазарет имени наследника цесаревича Алексея. Госпиталь на 1000 коек был предназначен только для тяжело раненных солдат (именно солдат, не офицеров). Под него были отданы все парадные залы, кроме Георгиевского.

– Таким образом, – говорит Юлия Кантор, – демонстрировалась близость императорского дома к народу, популяризировался имидж Романовых, поднимался боевой дух. Императорская семья переехала в Царское Село. Госпиталь был оборудован по последнему слову медицинской науки. Там проводили уникальные операции. В лазарет свозили людей с тяжёлыми челюстно-лицевыми травмами, повреждениями позвоночника. На момент штурма в госпитале находилось, вероятно, около 800 пациентов. По воспоминаниям известно, что некоторые выздоравливающие вступали в бой с «гостями» Зимнего. В ход шли даже судна.

Первый сигнал дала не «Аврора», а Петропавловка

Пробольшевистски настроенный гарнизон Петропавловской крепости ночью 25 октября вёл огонь по Зимнему из пушек боевыми снарядами, зная, что во дворце лежат беспомощные раненые солдаты.

– Большевики осенью организовали в Петропавловской крепости, в арсенале которой было около 10 тысяч стволов, полевой штаб восстания, – рассказывает Юлия Кантор. – Им восставшие и воспользовались. С Нарышкина бастиона вестовая пушка дала сигнал крейсеру «Аврора», который после этого холостым выстрелом из «орудия №1» оповестил столицу о начале восстания. «Аврора» наделала много шума, а реально «старт» дала Петропавловская крепость. Обстрел с неё шёл недолго – около получаса. А на следующей день после переворота команда «Авроры» была вынуждена выступить в прессе с опровержением слухов о том, что она якобы тоже вела огонь по Зимнему дворцу боевыми снарядами.

Женщины в обороне не участвовали

Налаженного сопротивления Временное правительство организовать не смогло. На момент переворота в Зимнем дворце остались лишь единичные юнкера.

– Женский батальон вечером 25 октября был отпущен Временным правительством. Рассказы об изнасилованиях я считаю преувеличением, – говорит Юлия Кантор. – В ночь с 25 на 26 октября 1917 года в Зимнем погибло несколько десятков человек в результате краткого обстрела с Петропавловской крепости и в ходе перестрелок. Их устроили несколько отрядов по несколько человек, которые также проникли в здание, но, видимо, не по той лестнице, по которой шёл отряд Антонова-Овсеенко.

Позорного побега Керенского не было

Достаточно прочно в народной памяти укоренился миф о том, что накануне восстания из Зимнего дворца в платье сестры милосердия сбежал министр – председатель Временного правительства Александр Керенский.

– В ночь с 25 на 26 октября Керенского во дворце действительно не было, – утверждает Юлия Кантор. – Он, надеясь на свои ораторские способности, совершенно открыто уехал в район Гатчины поднимать войска на защиту Временного правительства днём 25-го. Миф родился из-за соседства правительства с госпиталем, когда выяснилось, что среди арестованных министров Керенского нет.

Разграбления дворца не произошло

Урон дворцу со стороны проникших в здание нанесён был, но незначительный. Больше дворец пострадал от снарядов, пущенных из Петропавловки.

– Урон от агрессивных «пришельцев» был небольшой: ручки отвинтили, хрустальные подвески сняли, срезали обои, – перечисляет Юлия Кантор. – Но надо помнить, что с лета 1917 года, когда в Зимний въехало Временное правительство, туда ходило большое количество разных людей. Установить, что было украдено летом 1917-го, а что в октябре, уже невозможно.

Штурм Зимнего в архивных кадрах

Штурм Зимнего дворца в Петрограде, произошедший в ночь на 26 октября 1917 года, стал ключевым событием Октябрьской революции. Фактически без существенных боевых действий большевикам удалось низложить Временное правительство и отправить министров в Петропавловскую крепость.

© РИА Новости / Яков Берлинер | Перейти в медиабанк В октябре 1917 года Зимний дворец выполнял роль резиденции Временного правительства, заседания которого проходили в его Малахитовом зале. Кроме того, значительная часть помещений дворца была занята госпиталем, куда привозили солдат, получивших ранения на фронтах Первой мировой войны.

Диорама художника Ефима Дешалыта Штурм Зимнего дворца. Центральный музей Революции СССР

В октябре 1917 года Зимний дворец выполнял роль резиденции Временного правительства, заседания которого проходили в его Малахитовом зале. Кроме того, значительная часть помещений дворца была занята госпиталем, куда привозили солдат, получивших ранения на фронтах Первой мировой войны.

© РИА Новости | Перейти в медиабанк Накануне штурма Зимний дворец обороняли юнкера Петергофской и Ораниенбаумской школ, женский ударный батальон, отряд казаков с пулеметами, батарея Михайловского артиллерийского училища, а также воспитанники школы инженерных прапорщиков и некоторое количество добровольцев. Однако к вечеру 25 октября число его защитников сильно сократилось: кто-то замерз, кто-то проголодался, а артиллерийская часть ушла по приказу начальника Михайловского училища.

Пулеметчик на защите Зимнего дворца. Октябрьские дни 1917 года

Накануне штурма Зимний дворец обороняли юнкера Петергофской и Ораниенбаумской школ, женский ударный батальон, отряд казаков с пулеметами, батарея Михайловского артиллерийского училища, а также воспитанники школы инженерных прапорщиков и некоторое количество добровольцев. Однако к вечеру 25 октября число его защитников сильно сократилось: кто-то замерз, кто-то проголодался, а артиллерийская часть ушла по приказу начальника Михайловского училища.

Очевидец: Штурмовавшие Зимний дворец стреляли по лежачим

Драматические события ночи с 25 на 26 октября 1917 года овеяны огромным количеством мифов, о них снято множество художественных фильмов, написаны документальные книги. Но и 95 лет спустя практически неизвестно, что же происходило в ту судьбоносную ночь в самом Зимнем дворце.

Письмо в редакцию «Правды»

Ко всем честным гражданам города Петрограда от команды крейсера «Аврора», которая выражает свой резкий протест по поводу брошенных обвинений, тем более обвинений не проверенных, но бросающих пятно позора на команду крейсера. Мы заявляем, что пришли не громить Зимний дворец, не убивать мирных жителей, а защитить и, если нужно умереть за свободу и Революцию от контрреволюционеров.

Холостой выстрел «Авроры» был сигналом для всех судов на Неве. Фото: ИТАР-ТАСС

Печать пишет, что «Аврора» открыла огонь по Зимнему дворцу, но знают ли г-да репортеры, что открытый бы нами огонь из пушек не оставил бы камня на камне не только Зимнего дворца, но и прилегающих к нему улиц. А разве это есть. Разве это не ложь, обычный прием буржуазной прессы забросать грязью и не основательностью фактов происшествий строить козни рабочему пролетариату. К вам обращаемся мы, рабочие и солдаты города Петрограда. Не верьте провокационным слухам. Не верьте им, что мы изменники и погромщики, а проверяйте сами слухи. Что же касается выстрелов с крейсера, то был произведен только один холостой выстрел из 6-дюймового орудия, обозначающий сигнал для всех судов, стоящих на Неве, и призывающих их к бдительности и готовности.

Просим все редакции перепечатать.

Председатель судового комитета А. БЕЛЫШЕВ. Товарищ председателя П. АНДРЕЕВ.

Секретарь (подпись).

(Полный текст письма команды крейсера «Аврора» в редакцию газеты «Правда» («Рабочий путь», N 170(101), 27 октября 1917 г. ст. стиль)

Сегодня «РГ» публикует хранящиеся в архиве Государственного Эрмитажа уникальные материалы и фото о событиях той драматической ночи.

Хмурое утро 25 октября 1917 года. Зимний дворец, фактически отрезанный от города, лишен связи с внешним миром, его обороняли триста казаков Пятигорского полка, полурота женского батальона и юнкера. Вокруг — хмельно веселящаяся петроградская толпа. Стрельбы почти не было, ультиматум Военно-революционного комитета Временное правительство отвергло. Вооруженные красногвардейцы фланировали по площади пока вполне безобидно.

Из воспоминаний Александра Зиновьева — главного управляющего северо-западного Отделения Красного Креста:

«Восстание разразилось 7 ноября нового стиля. Я, как всегда, утром отправился в свое Управление Красного Креста. Там, где мне приходилось проходить, все еще было спокойно и ничего особенного не было заметно. Но около 11 часов утра на Литейной, против окон нашего Управления, вдруг, как-то неожиданно появились вооруженные ружьями рабочие вперемешку с матросами. Началась перестрелка — они стреляли по направлению к Невскому проспекту, но противника их не было видно . В амбулаторию, находившуюся тут же, в здании нашего Управления, стали приносить раненых и убитых. Стрельба эта продолжалась часа два, и потом все затихло, стрелявшие рабочие и матросы куда-то исчезли. Но скоро стали получаться сведения, что восстание всюду было успешно, телефонная станция, водопровод, станции железных дорог и другие важные пункты города были уже в руках большевиков и весь Петербургский гарнизон к ним присоединился. Совет рабочих и солдатских депутатов сидел тише воды и ниже травы. Министры Временного правительства заперлись в Зимнем дворце, где большинство их и жило. Дворец защищался только юнкерами, то есть учениками военных училищ, подготовлявших офицеров, и женским батальоном, недавно сформированным Керенским. Дворец со всех сторон был окружен большевиками, солдатами и матросами.

Раненые солдаты и сестры милосердия в Фельдмаршальском зале Зимнего дворца. Фото: Фото из архива Государственного Эрмитажа

Когда вечером, часов около 6, я шел домой, в той части города, через которую мне надо было проходить, все было тихо и спокойно, улицы были пустые, движения никакого не было, даже пешеходов я не встретил. Дом, в котором мы жили, был совсем близко от Зимнего дворца — минут пять ходьбы, не больше. Вечером, после обеда около Зимнего дворца началась оживленная стрельба, сначала только ружейная, потом к ней присоединился треск пулеметов.

Премьер-министр Временного правительства Александр Керенский покинул Зимний дворец утром 25 октября. Вопреки послереволюционной легенде, закрепившейся потом в школьных учебниках как подлинная история, он был одет не в женское платье, и не было на нем косынки медсестры с красным крестом. Керенский отнюдь не бежал из Зимнего — он срочно выехал в Гатчину, надеясь привести в столицу верные Временному правительству войска. А вот откуда взялась эта легенда — о переодевании именно в платье сестры милосердия, — рассказывают документы, в советское время опубликованию не подлежавшие.

Дело в том, что Зимний дворец с 1915 года перестал быть цитаделью российской монархии — здесь был открыт госпиталь. Правительственный вестник сообщил: «В императорском Зимнем дворце высочайше разрешено отвести под раненых парадные залы, выходящие на Неву, а именно: Николаевский зал с Военною галереею, Аван-Зал, Фельдмаршальский и Гербовый — всего на тысячу раненых».С этого времени императорская семья переехала в Царское Село. В госпитальные палаты превращались самые большие и самые же великолепные залы Зимнего дворца. Торжественное открытие состоялось 5 октября, в день тезоименитства престолонаследника — цесаревича Алексея Николаевича. Госпиталь по решению царской семьи назвали именем наследника — цесаревича Алексея Николаевича согласно семейному обету во избавление его от неизлечимой болезни — гемофилии.

Зимний дворец с 1915 года перестал быть цитаделью монархии — здесь был открыт госпиталь. Фото: Фото из архива Государственного Эрмитажа

Штурмовавшие 25 октября 1917 года стреляли по госпиталю, они палили из пушек не просто по безоружным, не просто по беззащитным — по лежачим. По тем самым рабочим и крестьянам, одетым в солдатские шинели, во имя которых якобы вершили свой переворот. Документы содержат весьма подробную информацию об устройстве лазарета. Восемь парадных залов 2-го этажа были превращены в палаты. На 1-м этаже были оборудованы подсобные помещения: приемный покой, аптека, кухня, ванные, различные кабинеты. Стены залов затянули холстом: наборные полы покрыли линолеумом. Госпиталь был оборудован по последнему слову науки и техники того времени — в нем имелась самая совершенная аппаратура, применялись новейшие методы лечения. «Больные были размещены соответственно ранениям. В Николаевском зале, вмещавшем 200 коек, . лежали раненные в голову, в горло и грудную клетку. А также очень тяжелые больные — «позвоночники». В Гербовом зале находились больные с ранами в брюшной полости, бедре и тазобедренном суставе. В Александровском зале лежали больные, раненные в плечо и спину». Сюда, в залы, заполненные тяжелоранеными, и ворвались революционные отряды. Бригады красноармейцев и вооруженных рабочих, как свидетельствуют документы, «принялись срывать бинты с раненых, имевших лицевые ранения: эти палаты находились в зале, ближайшем к апартаментам правительства», — искали «замаскировавшихся под раненых» министров. Вот как вспоминала об этом медсестра Нина Галанина, дежурившая 26 октября в лазарете Зимнего дворца:

«День 25 октября 1917 года был у меня выходным после ночного дежурства. Поспав немного, я отправилась ходить по центральным улицам Петрограда — смотрела и слушала. Было много необычного. На улицах кое-где раздавались выстрелы, и учреждения переставали работать. Упорно говорили о том, что мосты вот-вот будут разведены. На Дворцовом мосту выстраивались бойцы Женского батальона. Как только наступило утро 26/Х, я. поспешила в город. Прежде всего мне хотелось попасть в госпиталь Зимнего дворца. Пробраться туда оказалось не так легко: от Дворцового моста до Иорданского подъезда стояла тройная цепь красногвардейцев и матросов с винтовками наперевес. Они охраняли дворец и никого к нему не пропускали. Через 1-ю цепь, объяснив, куда я иду, прошла сравнительно легко. Когда проходила вторую, меня задержали. Какой-то матрос зло крикнул товарищам: «Чего смотрите, не знаете, что Керенский переодет сестрой?» Потребовали документы. Я показывала удостоверение. с печатью госпиталя Зимнего дворца. Это помогло — меня пропустили. Я вошла, как бывало сотни раз раньше, в Иорданский подъезд. Там не было на месте привычного швейцара. У входа стоял матрос с надписью «Заря свободы» на бескозырке. Он разрешил мне войти.

Первое, что бросилось в глаза и поразило, — это огромное количество оружия. Вся галерея от вестибюля до Главной лестницы была завалена им и походила на арсенал. По всем помещениям ходили вооруженные матросы и красногвардейцы. В госпитале, где был всегда такой образцовый порядок и тишина; где было известно, на каком месте какой стул должен стоять, — все перевернуто, все вверх дном. И всюду — вооруженные люди. Старшая сестра сидела под арестом: ее караулили два матроса. Лежачие раненые были сильно напуганы штурмом дворца: много раз спрашивали, будут ли стрелять еще. По возможности я старалась их успокоить. На следующий день, 27 октября, раненых начали отправлять в другие лазареты Петрограда. 28 октября 1917 года госпиталь Зимнего дворца был закрыт».

Александру Зиновьеву рано утром 26 октября позвонил дежурный Управления Красного Креста и сообщил, что Зимний дворец взят большевиками, а сестры милосердия, находившиеся во дворце, арестованы. Он немедленно отправился туда.

«Внутри дворец был мало похож на то, что я привык там видеть. Все было в беспорядке, мебель сломана и перевернута, все носило явный след только что окончившейся борьбы.

Всюду были разбросаны ружья, пустые патроны, в большой передней и на лестнице лежали тела убитых солдат и юнкеров, кое-где лежали и раненые, которых не успели еще унести в лазарет.

Я долго ходил по так хорошо знакомым мне залам Зимнего дворца, стараясь найти начальника солдат, захвативших дворец. Малахитовая зала, где обычно императрица принимала представлявшихся ей, — была вся как снегом покрыта разорванными бумажками. Это были остатки архива Временного правительства, уничтоженного перед тем, что дворец был захвачен.

В лазарете мне сказали, что сестры милосердия были арестованы за то, что они скрывали и помогали скрываться юнкерам, защищавшим дворец. Обвинение это было совершенно верное. Многие юнкера, перед самым концом борьбы бросились в лазарет, прося сестер милосердия спасти их, — очевидно, сестры помогали им скрываться, и благодаря этому действительно многим из них удалось спастись.

После долгих поисков мне удалось добиться, кто был теперь Комендантом дворца, и меня провели к нему.

Со мной он был очень приличен и корректен. Я объяснил ему в чем дело, сказал, что в лазарете лежат около 100 раненых солдат, и что сестры милосердия необходимы для ухода за ними. Он сразу же приказал их освободить под мою расписку, что они не уедут из Петербурга до суда над ними. Этим дело и кончилось, никакого суда над сестрами никогда не было, и никто их больше не беспокоил, в то время у большевиков были более серьезные заботы».

Сиреневый будуар императрицы Александры Федоровны после захвата Зимнего дворца. Фото: Фото из архива Государственного Эрмитажа

Большинство снарядов разорвалось на Дворцовой набережной, шрапнелью было выбито несколько стекол в Зимнем. Два снаряда, выпущенных с Петропавловской крепости, попали в бывшую приемную Александра III. Гораздо более дворец пострадал от варварства захвативших его. Установить, что исчезло из дворца, когда им владело Временное правительство с его аппаратом и службами, а что было прикарманено революционным плебсом или просто праздношатающейся публикой в первые дни после так называемого штурма, теперь уже невозможно. Вооруженная охрана появилась в Зимнем уже 28 октября, — и грабежи прекратились. 28 октября смотритель комнатного имущества Зимнего дворца Николай Дементьев информировал Петроградское дворцовое управление:

«Доношу, что почти во всех комнатах Зимнего дворца произведен грабеж комнатной обстановки, а также много поломано из мебели и прочего, как из простого озорства, так и от орудийных снарядов, пулеметных и винтовочных выстрелов. Разбита, сломана, приведена в щепы мебель, . во всех помещениях дворца . похищены шторы, занавеси, драпировки, штучные ковры похищены, некоторые изрезаны и брошены. Личные вещи императорской семьи. также подверглись хищению или намеренной порче. Едва ли найдутся в Зимнем дворце помещения, где не был бы произведен разгром и кражи».

Зачем штурмующие стреляли из гаубиц по фактически безоружному, почти не охраняемому дворцу? Ведь еще до истечения ультиматума, предъявленного Военно-революционным комитетом Временному правительству, с белыми полотнищами в руках Зимний дворец покинули казаки и ударницы женского батальона. Палить из пушек по нескольким десяткам мальчиков-юнкеров никакого смысла не имело. Скорее всего, то была психическая атака: нападавшие требовали немедленной сдачи Временного правительства. В Смольном же в это время шел II Всероссийский Съезд Советов, где большевистский сценарий не заладился. Меньшевики, эсеры пытались поставить вопрос о мирном разрешении кризиса, считая министров Временного правительства «своими товарищами». Большевикам нужно было спешить. Поднявшись по узкой маленькой лестнице (она с 20-х годов стала именоваться Октябрьской), ведущей в личные покои Ее Величества, поплутав по коридорам дворца, отряд Владимира Антонова-Овсеенко, попал в полутемный Малахитовый зал. Услышав голоса в соседнем помещении, Антонов-Овсеенко распахнул дверь в Малую столовую. И, увидев министров Временного правительства, с порога произнес: «Именем ВРК объявляю вас арестованными». Каминные часы в Малой столовой Зимнего дворца и теперь показывают 2 часа10 минут — время, когда 95 лет назад в России закончилась целая эпоха.

Штурм Зимнего дворца. Развенчание мифов

Об Октябрь­ской рево­лю­ции за про­шед­шие 103 года писа­ли тыся­чи раз, но спо­рят о ней по-преж­не­му так, буд­то она про­изо­шла вче­ра. Одни видят в этом собы­тии окон­ча­тель­ную гибель «Рос­сии, кото­рую мы поте­ря­ли», дру­гие — нача­ло новой эпо­хи и появ­ле­ние пер­во­го в мире соци­а­ли­сти­че­ско­го государства.

Столь поляр­ные оцен­ки поро­ди­ли сра­зу две мифо­ло­ги­за­ции Октябрь­ской рево­лю­ции — «чёр­ную» и «белую», в зави­си­мо­сти от поли­ти­че­ских взгля­дов авто­ров. О цен­траль­ном и куль­ми­на­ци­он­ном собы­тии рево­лю­ции — штур­ме Зим­не­го двор­ца — мифов было созда­но не меньше.

В 1927 году на совет­ские экра­ны вышел фильм Сер­гея Эйзен­штей­на «Октябрь», посвя­щён­ный 10-лет­не­му юби­лею рево­лю­ции. «Октябрь» пре­сле­до­вал ско­рее про­па­ган­дист­скую цель, чем попыт­ку вос­со­здать исто­ри­че­ские собы­тия. Поэто­му все пока­зан­ные в нём собы­тия были мак­си­маль­но мифо­ло­ги­зи­ро­ва­ны для боль­ше­го оре­о­ла геро­из­ма. Пока­зан­ные в филь­ме мифы впо­след­ствии пере­ко­че­ва­ли в учеб­ни­ки по исто­рии, и неко­то­рые из них ока­за­лись очень живучими.

Сре­ди них миф о бое­вом выстре­ле крей­се­ра «Авро­ра», послу­жив­шим сиг­на­лом к штур­му двор­ца, миф о бег­стве Керен­ско­го в жен­ском пла­тье, миф об упор­ной обо­роне двор­ца и мно­гие дру­гие. Ход штур­ма Зим­не­го двор­ца был пока­зан мас­штаб­ным собы­ти­ем, а его участ­ни­ки — отваж­ны­ми героями.

После рас­па­да СССР на сме­ну это­му «геро­и­че­ско­му» мифу при­шёл дру­гой миф, пря­мо про­ти­во­по­лож­ный по смыс­лу. Соглас­но ему, ника­ко­го штур­ма Зим­не­го двор­ца вооб­ще не было, а боль­ше­ви­ки вошли в него без при­ме­не­ния ору­жия. Так где же правда?

Предыстория штурма

К осе­ни 1917 года ситу­а­ция в Пет­ро­гра­де в оче­ред­ной раз пре­дель­но обост­ри­лась. В июле того года в горо­де уже про­хо­ди­ли анти­пра­ви­тель­ствен­ные вос­ста­ния (16 чело­век уби­то, 700 ране­но и око­ло 100 арестовано).

Спу­стя пол­то­ра меся­ца после это­го Пет­ро­град попы­тал­ся взять и уста­но­вить здесь свою власть гене­рал Кор­ни­лов, и тоже без­успеш­но. В дни Кор­ни­лов­ско­го выступ­ле­ния Вре­мен­ное пра­ви­тель­ство Керен­ско­го и допу­сти­ло роко­вую ошиб­ку, кото­рая в бли­жай­шем буду­щем весь­ма доро­го ему обой­дёт­ся: оно воору­жи­ло отря­ды состо­яв­шей из доб­ро­воль­цев Крас­ной гвар­дии. Имен­но она ста­ла основ­ной бое­вой силой боль­ше­ви­ков в ходе октябрь­ско­го захва­та власти.

К октяб­рю 1917 года Вре­мен­ное пра­ви­тель­ство окон­ча­тель­но себя дис­кре­ди­ти­ро­ва­ло. За семь меся­цев суще­ство­ва­ния оно не толь­ко не реши­ло ни одну из про­блем, сто­я­щих перед стра­ной, но и загна­ло её ещё глуб­же в пучи­ну хао­са. Неми­ну­е­мость паде­ния тако­го пра­ви­тель­ства была оче­вид­на всем. Вопрос был лишь в том, кто имен­но захва­тит власть и как дол­го смо­жет её удержать.

Пре­тен­ден­тов хва­та­ло и без боль­ше­ви­ков. Это уже упо­ми­нав­ши­е­ся сто­рон­ни­ки гене­ра­ла Кор­ни­ло­ва, кото­рые спу­стя несколь­ко меся­цев назо­вут себя бело­гвар­дей­ца­ми, и эсе­ры, круп­ней­шая на тот момент пар­тия, но лишён­ная выда­ю­щих­ся поли­ти­че­ских лидеров.

Одна­ко опе­ре­ди­ли всех имен­но боль­ше­ви­ки, у кото­рых подоб­ные лиде­ры были. Днём 25 октяб­ря (по ста­ро­му сти­лю) они прак­ти­че­ски без боя овла­де­ли все­ми стра­те­ги­че­ски­ми объ­ек­та­ми сто­ли­цы, сре­ди кото­рых теле­граф­ное агент­ство, поч­та, вок­за­лы, элек­тро­стан­ция, теле­фон­ная стан­ция, скла­ды и госу­дар­ствен­ный банк. При­чём все эти объ­ек­ты были заня­ты без еди­но­го выстре­ла, охра­няв­шие их люди не горе­ли жела­ни­ем про­ли­вать кровь за пре­зи­ра­е­мое все­ми правительство.

Почу­яв нелад­ное, пред­се­да­тель Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ства Алек­сандр Керен­ский в 11 часов утра это­го же дня поки­нул Пет­ро­град на авто­мо­би­ле. Вопре­ки мифу, уехал он не в жен­ской, а в сво­ей обыч­ной повсе­днев­ной одеж­де, оче­вид­но, рас­счи­ты­вая вер­нуть­ся на сле­ду­ю­щий день с под­креп­ле­ни­я­ми. Одна­ко побы­вать в Зим­нем ему боль­ше не довелось.

В самом Зим­нем двор­це в это вре­мя нахо­ди­лись мини­стры Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ства и доволь­но скром­ная для тако­го боль­шо­го и важ­но­го зда­ния охра­на. Ещё утром 25 октяб­ря она состо­я­ла из трёх рот юнке­ров, несколь­ких десят­ков каза­ков, 137 удар­ниц жен­ско­го бата­льо­на и 40 инва­ли­дов, кото­рые ранее про­хо­ди­ли лече­ние в гос­пи­та­ле Зим­не­го двор­ца. Жен­ские же бата­льо­ны были созда­ны лишь летом 1917 года и пре­сле­до­ва­ли глав­ным обра­зом про­па­ган­дист­скую цель — усты­дить не хотев­ших вое­вать сол­дат-муж­чин. Одна­ко во вто­рой поло­вине того же дня все каза­ки и боль­шая часть юнке­ров поки­ну­ли дво­рец, не желая поги­бать за пра­ви­тель­ство, кото­рое в тот день не удо­су­жи­лось даже накор­мить их.

При­ме­ча­тель­но, что жизнь Пет­ро­гра­да в тот день шла в обыч­ном рит­ме. Рабо­та­ли теат­ры, кафе и ресто­ра­ны, ходил обще­ствен­ный транс­порт. Аме­ри­кан­ский жур­на­лист Джон Рид, нахо­дя­щий­ся в цен­тре собы­тий, так опи­сы­вал свой обед во вто­рой поло­вине дня 25 октября:

«Было уже доволь­но позд­но, когда мы поки­ну­ли дво­рец. С пло­ща­ди исчез­ли все часо­вые. Огром­ный полу­круг пра­ви­тель­ствен­ных зда­ний казал­ся пустын­ным. Мы зашли пообе­дать в Hôtel de France. Толь­ко мы при­ня­лись за суп, к нам под­бе­жал страш­но блед­ный офи­ци­ант и попро­сил нас перей­ти в общий зал, выхо­див­ший окна­ми во двор: в кафе, выхо­див­шем на ули­цу, было необ­хо­ди­мо пога­сить свет. „Будет боль­шая стрель­ба!“ — ска­зал он».

Штурм

Захва­тив важ­ней­шие объ­ек­ты Пет­ро­гра­да, боль­ше­ви­ки тем не менее дол­го не реша­лись на штурм Зим­не­го, оче­вид­но, не зная ещё, что боль­шая часть охра­ны поки­ну­ла дво­рец. Лишь в 21 час, после при­бы­тия зна­чи­тель­ных под­креп­ле­ний из Крон­штад­та, начал­ся пер­вый штурм двор­ца. Им руко­во­дил извест­ный рево­лю­ци­о­нер, в про­шлом офи­цер, потом мень­ше­вик, с 1917 года при­мкнув­ший к боль­ше­ви­кам — Вла­ди­мир Антонов-Овсеенко.

Одна­ко немно­го­чис­лен­ная охра­на двор­ца, к тому же в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни состо­яв­шая из жен­щин и инва­ли­дов, упор­но сопро­тив­ля­лась. Штур­му­ю­щие вынуж­де­ны были отсту­пить, не пре­кра­щая ружей­ной пере­стрел­ки. В 21:40 по при­ка­зу комис­са­ра Алек­сандра Белы­ше­ва мат­рос Евдо­ким Огнев про­из­вёл холо­стой выстрел из ору­дия вошед­ше­го в Неву крей­се­ра «Авро­ра», кото­рый поз­же будет объ­яв­лен сиг­на­лом к штур­му. Одна­ко к тому момен­ту штурм Зим­не­го длил­ся уже 40 минут, поэто­му более веро­ят­но, что выстрел был сде­лан для устра­ше­ния осаждённых.

Око­ло 23 часов часть удар­ниц совер­ши­ла вылаз­ку из двор­ца и вско­ре была аре­сто­ва­на вос­став­ши­ми. Вслед за этим тол­пы сол­дат, мат­ро­сов и крас­но­гвар­дей­цев про­ник­ли во дво­рец через зад­ние две­ри, кото­рые ока­за­лись неза­пер­ты­ми, и раз­бре­лись по кори­до­рам и ком­на­там. Инте­рес­но, что этим реша­ю­щим штур­мом коман­до­вал быв­ший цар­ский под­пол­ков­ник, в мае 1917 года при­мкнув­ший к боль­ше­ви­кам, Миха­ил Свеч­ни­ков. На тот момент он нахо­дил­ся в долж­но­сти коман­ди­ра 106‑й пехот­ной диви­зии и при­был в Пет­ро­град лишь в день штурма.

Встре­чав­ши­е­ся на пути штур­му­ю­щих немно­го­чис­лен­ные отря­ды юнке­ров сда­ва­лись без боя. В 2:10 ночи нахо­див­ши­е­ся во двор­це мини­стры Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ства были аре­сто­ва­ны и пере­прав­ле­ны в Пет­ро­пав­лов­скую кре­пость. Вот как об этом рас­ска­зы­вал спу­стя три дня после взя­тия Зим­не­го один из аре­сто­ван­ных мини­стров Семён Маслов:

«Анто­нов име­нем рево­лю­ци­он­но­го коми­те­та объ­явил всех аре­сто­ван­ны­ми и начал пере­пи­сы­вать при­сут­ство­вав­ших. Пер­вым запи­сал­ся мин. Коно­ва­лов, затем Киш­кин и др. Спра­ши­ва­ли о Керен­ском, но его во двор­це не оказалось…
…Ста­ли раз­во­дить по каме­рам Тру­бец­ко­го басти­о­на, каж­до­го в оди­ноч­ку. Меня поса­ди­ли в каме­ру № 39, рядом со мной поса­ди­ли Кар­та­шё­ва. Поме­ще­ние сырое и холод­ное. Таким обра­зом про­ве­ли ночь…
День про­шёл без при­клю­че­ний… В тре­тьем часу ночи меня раз­бу­ди­ли вошед­шие в каме­ру несколь­ко воен­ных. Мне объ­яви­ли, что по поста­нов­ле­нию 2 съез­да Сове­тов я и Салаз­кин осво­бож­де­ны под домаш­ний арест…»

Нача­лось маро­дёр­ство и ван­да­лизм. Джон Рид в кни­ге «Десять дней, кото­рые потряс­ли мир» вспоминал:

«Неко­то­рые люди из чис­ла всех вооб­ще граж­дан, кото­рым на про­тя­же­нии несколь­ких дней по заня­тии двор­ца раз­ре­ша­лось бес­пре­пят­ствен­но бро­дить по его ком­на­там кра­ли и уно­си­ли с собой сто­ло­вое сереб­ро, часы, постель­ные при­над­леж­но­сти, зер­ка­ла, фар­фо­ро­вые вазы и кам­ни сред­ней ценности».

В попыт­ках гра­бе­жа, по сло­вам Рида, были ули­че­ны и неко­то­рые из защит­ни­ков Зим­не­го. 28 октяб­ря смот­ри­тель ком­нат­но­го иму­ще­ства двор­ца Нико­лай Демен­тьев инфор­ми­ро­вал Пет­ро­град­ское двор­цо­вое управление:

«Доно­шу, что почти во всех ком­на­тах Зим­не­го двор­ца про­из­ве­дён гра­бёж ком­нат­ной обста­нов­ки, а так­же мно­го поло­ма­но из мебе­ли и про­че­го, как из про­сто­го озор­ства, так и от ору­дий­ных сна­ря­дов, пуле­мёт­ных и вин­то­воч­ных выстре­лов Раз­би­та, сло­ма­на, при­ве­де­на в щепы мебель, во всех поме­ще­ни­ях двор­ца похи­ще­ны што­ры, зана­ве­си, дра­пи­ров­ки, штуч­ные ков­ры похи­ще­ны, неко­то­рые изре­за­ны и бро­ше­ны. Лич­ные вещи импе­ра­тор­ской семьи так­же под­верг­лись хище­нию или наме­рен­ной пор­че. Едва ли най­дут­ся в Зим­нем двор­це поме­ще­ния, где не был бы про­из­ве­дён раз­гром и кражи».

Впо­след­ствии неко­то­рые из укра­ден­ных пред­ме­тов всё же были воз­вра­ще­ны либо через пере­куп­щи­ков, либо при попыт­ке их про­во­за через гра­ни­цу. Общий же ущерб, нане­сён­ный маро­дё­ра­ми при штур­ме двор­ца, спу­стя несколь­ко дней был оце­нён спе­ци­аль­ной комис­си­ей Город­ской думы в 50 тысяч рублей.

Боль­ше все­го постра­дал в бли­жай­шие после штур­ма часы вин­ный погреб. Сол­да­ты вскры­ли его ружей­ным огнём и нача­ли уни­что­жать содер­жи­мое. Реки вина поли­лись по направ­ле­нию к Неве. Троц­кий вспоминал:

«Вино сте­ка­ло по кана­лам в Неву, про­пи­ты­вая снег, про­пой­цы лака­ли пря­мо из канав».

Что каса­ет­ся люд­ских потерь, то они досто­вер­но до сих пор неиз­вест­ны. Соглас­но офи­ци­аль­ным совет­ским, явно зани­жен­ным дан­ным, при штур­ме погиб­ло шесте­ро сол­дат и одна девуш­ка из жен­ско­го бата­льо­на. Ещё три девуш­ки были изна­си­ло­ва­ны, из кото­рых одна после это­го покон­чи­ла с собой.

Так закон­чил­ся штурм Зим­не­го двор­ца, завер­шив­ший ста­рую эпо­ху и начав­ший новую.

Дальнейшая судьба участников штурма

Весь­ма инте­рес­но про­сле­дить даль­ней­шую жизнь вид­ных участ­ни­ков штурма.

Общее руко­вод­ство штур­мом в тот день осу­ществ­лял Вла­ди­мир Анто­нов-Овсе­ен­ко. Сра­зу после взя­тия двор­ца он был избран чле­ном Коми­те­та по воен­ным и мор­ским делам при Сов­нар­ко­ме, потом неко­то­рое вре­мя коман­до­вал Пет­ро­град­ским воен­ным окру­гом. При­нял актив­ное уча­стие в Граж­дан­ской войне. С мар­та по май 1918 года руко­во­дил все­ми совет­ски­ми вой­ска­ми на южном направ­ле­нии, от Одес­сы до Дона. После это­го в его под­чи­не­ние были пере­да­ны все совет­ские вой­ска Укра­ин­ской ССР, руко­во­дил бое­вы­ми дей­стви­я­ми про­тив нем­цев, пет­лю­ров­цев, бело­гвар­дей­цев и анар­хи­стов. В 1921 году — один из руко­во­ди­те­лей подав­ле­ния кре­стьян­ско­го вос­ста­ния на Там­бов­щине. Есть вер­сия, что имен­но он пер­вым пред­ло­жил исполь­зо­вать про­тив повстан­цев отрав­ля­ю­щие газы. В 1920‑е годы при­мкнул к Троц­ко­му, был в оппо­зи­ции Ста­ли­ну. В кон­це 1937 года аре­сто­ван и в фев­ра­ле сле­ду­ю­ще­го года рас­стре­лян вме­сте с женой. Во всех совет­ских филь­мах и кни­гах роль Анто­но­ва-Овсе­ен­ко в собы­ти­ях октяб­ря 1917 года тща­тель­но замал­чи­ва­лась, его имя нигде ста­ра­лись не упоминать.

Миха­ил Свеч­ни­ков — быв­ший под­пол­ков­ник цар­ской армии, лич­но воз­гла­вив­ший реша­ю­щий штурм Зим­не­го двор­ца. Актив­ный участ­ник Граж­дан­ской вой­ны, коман­до­вал совет­ски­ми вой­ска­ми в Фин­лян­дии, на Кав­ка­зе и Куба­ни. После вой­ны — пре­по­да­ва­тель Воен­ной ака­де­мии им. Фрун­зе. В кон­це 1937 года аре­сто­ван и в авгу­сте сле­ду­ю­ще­го года расстрелян.

Гри­го­рий Чуд­нов­ский — рево­лю­ци­о­нер, сорат­ник Троц­ко­го, жив­ший до рево­лю­ции в эми­гра­ции в США. В 1917 году вме­сте с Троц­ким при­был в Рос­сию, в ходе штур­ма Зим­не­го двор­ца был одним из его руко­во­ди­те­лей, аре­сто­вы­вал чле­нов Вре­мен­но­го пра­ви­тель­ства. Погиб вес­ной 1918 года под Харь­ко­вом в боях с немцами.

Евдо­ким Огнев — рядо­вой мат­рос-артил­ле­рист, про­из­вёд­ший тот самый холо­стой выстрел из ору­дия крей­се­ра «Авро­ра», кото­рый впо­след­ствии будет объ­яв­лен совет­ской про­па­ган­дой сиг­на­лом к штур­му. При­ни­мал уча­стие в началь­ном эта­пе Граж­дан­ской вой­ны, в мар­те 1918 года в ходе одно­го из боёв застре­лен каза­ком-пере­беж­чи­ком в спи­ну. В совет­ские годы в честь Огне­ва было назва­но несколь­ко улиц, а на месте его гибе­ли уста­нов­лен памятник.

Что­бы читать все наши новые ста­тьи без рекла­мы, под­пи­сы­вай­тесь на плат­ный теле­грам-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делим­ся экс­клю­зив­ны­ми мате­ри­а­ла­ми, зна­ко­мим­ся с исто­ри­че­ски­ми источ­ни­ка­ми и обща­ем­ся в ком­мен­та­ри­ях. Сто­и­мость под­пис­ки — 500 руб­лей в месяц.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *