Рублевка и барвиха в чем разница
Перейти к содержимому

Рублевка и барвиха в чем разница

  • автор:

Конфликты в Барвихе: богатые и бедные мешают друг другу жить

Барвиха — самый богатый пригород в России, деревня неподалеку от Москвы — наверное, одна из самых показательных реальных социальных моделей жизни в стране. Там живут далеко не одни богатые и сильные мира сего, но сохранилась и обыкновенная деревенская жизнь. И «новых русских» и «вечных русских» жителей деревень Барвиха, Жуковка, Подушкино, Раздоры объединяют только пробки на дорогах, праздник в церкви, выборы главы сельской администрации и вид на луг над Москвой-рекой, из-за которого идет долгий бой.

Наш корреспондент решил посмотреть на жизнь самого богатого пригорода России со стороны обычной деревенской улицы.

Феномен забора

Главная достопримечательность Барвихи все-таки не Барвиха Luxury Village, а. забор.

Барвиха мозаична. На ее территории находятся закрытые заборами разные миры жизни. За забором из шлакоблока, в некоторых местах достигающим 8 метров (выше монастырских стен!), — жизнь богатых. За карикатурно тонкими, кривыми шлагбаумами и обрывистым деревянным или жестяным забором — жизнь людей обыкновенных, в избах с резными ставнями, построенными здесь после войны бригадами смоленских мужиков.

Подзаоблачный забор — самый непостижимый феномен современной русской жизни, особенно там, где сходятся социальные полюса. Что он демаркирует, что огораживает, что скрывает?

— А крестьянские дома-то зачем прятать за забором? — удивленно спрашиваю я у старосты, открывающей передо мною почти потайную калитку и вводящую меня как будто в картину Левитана. Березы стряхивают копеечное золото на старую-престарую черную «Волгу», а все дома просятся в давно задуманную мною книжку «Русским дом» об архитектурной драгоценности русских изб. Из Dreamhouse попасть в этот уголок — это как после сеанса «Гарри Поттера» в фильм Тарковского. Я бы на месте богатых людей с утонченным вкусом гуляла бы здесь за отдельную плату, чтобы отдыхать от целлюлоидности собственного мира.

— А это чтобы покупатели не мучили,- уточняет староста села Барвиха Людмила Ревенко. — Учтите, я вас ни в один дом не введу, а то меня потом заклюют. Люди боятся, что под видом журналистов все разнюхивают покупатели.

Нигде, наверное, не видны так революционные перемены в российской жизни, как здесь, где за два десятка лет земли двух подмосковных совхозов превратились в один из самых богатых пригородов страны, так что сами слова «Барвиха» и «Рублевка» стали нарицательными.

Могучие волны спекулятивных земельных распродаж стряхнули с лица земли немало крестьянских домов, но все — не смогли. Во что-то уперлись.

И вот среди Барвихи Luxury стоит Барвиха обыкновенная, где-то, по примеру первой, прячась за забором с щеколдой, где-то по старой памяти открыто.

Вымирающая деревня

— У нас тут по сути «вымирающая деревня», — неожиданно характеризует тип поселения заместитель главы сельской администрации Ирина Тищенко.

8 тысяч жителей по прописке (с московской пропиской — куда больше), и — «вымирающая деревня»?

На самом деле, видимо, подразумевается, что вымирает одна ее ипостась — Барвиха прошлого. Барвиха Luxury растет и ширится.

— Ну нет, — возражает староста села Людмила Ревенко, как раз избранная народом для представительства интересов Барвихи обыкновенной, — мы так просто не исчезнем с лица земли.

Те, кто уступил богатым свою землю — не проиграли. Получили за нее неплохие деньги, приобрели, как правило, квартиры в Москве, Те, кто не уступил — тоже чувствует себя победителем. В странного рода войне ценностей. Войне выгоды с чувством.

— Они в своих газетах знаете как писали о нас: ишь чего придумали, на такой дорогой земле сажать картошку с укропом, — говорит мне библиотекарь местной библиотеки Галина Блескина. — Они думают, это только для них дорогая земля. И не понимают, какая дорогая она для нас. Это же наша малая родина.

И живут они на малой родине в домах иной раз 1885 года постройки, обычно хорошо их содержа и с удовольствием разбивая приусадебные участки — сажают свеклу, морковку, огурцы, лук, клубнику. Кур, правда, держат гораздо реже. Но осталось даже несколько коров в Усово и Подушкино.

Когда староста деревни Подушкино Николай Александрович Сидоров решил расчистить от хлама берег пруда, подсыпать его и засадить кленами и соснами, его соседка, хозяйка коровы, вызвала экологическую комиссию. Сегодня, когда чистым пригорком, украшенным сельской старостой, остается только любоваться, народ склоняется к мысли, что соседка била тревогу из-за того, что у нее исчезал последний, пусть дикого вида, но выгон для коровы.

— Я как-то видела по телевизору передачу о том, что за границей вывели новую породу коров, стойлового содержания, им не нужны пастбища, — рассказывает Ирина Тищенко. — Это как раз для Барвихи — пасти коров у нас негде. Правда, у них один изъян, они теряют сознание от крика. А у нас пастух заматерится — стадо вымрет.

Но несмотря на дефицит стойловых пород и прессинг циничных рассуждений, Барвиха обыкновенная, Барвиха прошлого очень активна.

Демократия здесь работает просто на американском уровне. Не знаю, как за шлакоблочными заборами, а уж за деревянными точно. Выбранные народом старосты окрестных сел — села Барвихи, поселка Барвихи, Жуковки, Подушкино — первые ходатаи, смельчаки, разведчики, купцы народных прав — и при этом волонтеры. Работы на целый рабочий день — зарплаты никакой.

В какой-то момент мне показалось, что в Барвихе я разгадала секрет превращения общества из обыкновенного ленивого в гражданское: для этого нужна ситуация чрезвычайных социальных контрастов. В США они всегда были одними из самых высоких в мире, может, поэтому и демократия там такая бурная. В Барвихе, Жуковке и Подушкино уж точно поэтому. Жизнь на границе интересов богатых и бедных порождает невероятную гражданскую активность и смелость.

Надо сказать, что и на недавних выборах главы сельской администрации на пост сельского мэра выдвинулось 7 кандидатов, двое из которых — действующий глава администрации Валерий Марковский и бывший начальник транспортного и хозяйственного обеспечения администрации Одинцовского района Константин Гавриков — долго шли ноздря в ноздрю, первый победил лишь с перевесом в 20 голосов.

Спаси и сохрани

— Чтобы понять, чем занята сельская администрация, почитайте 131-й закон, — советует Ирина Тищенко. И добавляет нейтральным тоном: — От нас, например, зависит все частное строительство — от разрешения до приемки.

Строительство — основной фронт борьбы между Барвихой обыкновенной и Барвихой Luxury.

Староста ведет меня к Москве-реке, мы как будто идем полюбоваться крытым спуском, устроенным одним из благодетелей, а на самом деле на ходу листаем протоколы и запросы многочисленных сельских сходов. Слева от нас в овражных зарослях поместье А.П. Чигиринского, говорят, брата известного московского строительного босса Шалвы Чигиринского.

До того как мировой финансовый кризис поставил неприятные вопросы перед последним, простые жители села Барвиха сумели-таки поставить свои вопросы первому.

А именно — не дали ему спрятать в трубу речку Сомынку (упоминаемую еще Сергеем Аксаковым), протекающую по купленной им земле, теперь ей, спрямив в одном месте, все-таки вернули старое русло. Кроме того, село добилось, чтобы народу открыли доступ к роднику, почитавшемуся святым. Мне рассказывают, что член ЦК Тяжлов — а Барвиха всегда была местом летнего отдыха художественной и административной элиты — собирался поставить над ним. часовенку.

Вообще члены всех ЦК и сильные мира прошлого имеют в Барвихе куда более достойную гражданскую репутацию, чем сильные мира нынешнего. Почти в каждом старом барвихинском доме есть фотографии: то Косыгин по деревне гуляет, то Бонч-Бруевич с детдомовцами встречается. Что они там делали с большой Родиной, история разберется, но с малой они уж точно обращались нежно — русла рек не меняли.

Сейчас же село с напрягом выторговало у А. Чигиринского доступ к любимому роднику и строительство спортивной площадки взамен безвозмездно, безоглядно и, в общем, бессовестно поглощенной поместьями «новых русских».

Поместье Чигиринского с редкими гастарбайтерами — поле деревенских побед. На берегу Москвы-реки нас ждало поле поражений. Точнее, луг.

Этот прибрежный луг — любовь и отрада сердца всех старых жителей Барвихи. Людмила Ревенко принесла фотографии из семейного альбома показать, как он выглядел в ее юности, сегодня регулярно загораживается жестяным забором, спускающимся прямо в реку. Принадлежность его непонятна, но Олег Митволь бурными телерейдами научил всю страну азбучным истинам: ничьи владения не должны выходить на берега рек, есть экологические интересы и есть гражданские права населения.

Но кто-то непонятный и невидимый все перекрывает и перекрывает от жителей Барвихи обыкновенной родной луг забором.

Сейчас он сломан.

— Ребята наши местные приходят и ночью ломают, — рассказывает староста. — А что будет, если они кирпичный забор в речку спустят, его просто так не сломаешь?

О ребятах-партизанах говорят с нежностью, как о героине вампиловской пьесы «Прошлым летом в Чулимске», в отличие от них, правда, не ломавшей, а поправлявшей забор.

За сломанным забором на любимом лугу стоит вызывающая сарказм местных жителей табличка, запрещающая от имени районного Общества охотников и рыболовов ловить здесь рыбу. («Ага, а в 300 метрах отсюда почему-то уже можно», — ядовито комментируют местные жители, намекая на высокую продажность Общества охотников и рыболовов.) А за нею — огромная гора глины, свезенной сюда, похоже, с многочисленных строек. По сути это земляная свалка. За нею — постройки, видимо, относящиеся к знаменитому концертному центру Барвихи.

На высоком берегу — дома новых русских, которые народ нещадно ругает за безобразное разномастье — «карабас-барабасовский стиль». Может быть, в этой ругани и есть эффект «лисы и винограда», но в одном местные жители правы, какие бы дорогие архитекторы их не проектировали, такая несоотнесенность с землей, страной, родной культурой, духом и историей места не может не поражать.

— А вот здесь, на обрыве, между прочим, стоял Дом Пешковой, — печально уточняет староста.

— Да как же снесли! А куда же смотрели. Да не может быть! — риторически охаю-ахаю.

— Почитайте книгу Адриана Рудомино «Легендарная Барвиха», — пожимает плечами староста, — у нас здесь жили великие люди. А теперь, по слухам, из всего, что досталось «новым русским», не разрушен только дом Алексея Толстого. В нем живет Петр Авен, и говорят, вроде бы все сохранил, реставрировав. Но уж как там все на самом деле, не знаю.

— В 1989 году мы заходили в игуменский дом, оставшийся от монастырского подворья, — рассказывает монахиня Сергия из храма Покрова Пресвятой Богородицы, а уже в 1991 году не могли к нему и приблизиться, поскольку это были земли частного владения.

Я уже не охаю, не ахаю, только безнадежно прокручиваю вопросы: а как же историческая память? А как же духовная? А если этот игуменский дом имел архитектурную ценность? А если игуменью расстреляли как новомученицу и дом этот для верующих своего рода святыня?

Напоследок староста показывает, сколь прилично скромны и человечны дома старой советской элиты — знаменитых докторов Чазова и Трапезникова — за тоненьким неугрожающим забором. И место, где стояла посаженная доктором Чазовым и любимая всем селом березовая роща. Рощу безжалостно срубили, строя дикий по высоте, 9-метровый шлакоблочный забор.

Дом недостижимой мечты

Богатые мешают бедным в Барвихе.

— Свет моргает, не хватает напряжения в сети, вода из кранов еле течет, газ еле горит, — жалуются мне.

Они считают, что огромную новорусскую нагрузку во многом безрассудно повесили на старенькую советскую инфраструктуру. Возможно, владелец купленного за немалые деньги особняка и не виноват в том, что не задумывается об истощении ресурсов, но местные власти-то? А строители и торговцы землей и недвижимостью?

Когда-то глава «Северстали» олигарх Алексей Мордашов на вопрос «В чем цель бизнеса?» ответил: «Создавать среду». Не знаю насчет цели, но первое побочное положительное следствие уж точно. И тем более первое последствие здорового достойного богатства.

Вся инфраструктура жизни богатых — гимназии, магазины, концертный зал — вроде бы впечатляющие и манящие достижения мирового комфорта под окном, цивилизация рядом с палисадником. И все это открытые учреждения. Шлагбаумов, как на въезд в жилой поселок перед Dreamhouse, никто не ставит. Хотя есть, конечно, великолепный, невидимый отсекатель — цена.

— Цены на билеты в концертный зал Барвихи такие, что и вы в Москве три раза подумаете, прежде чем сюда ехать, — рассказывает Людмила Ревенко. — Недавно приезжал Борис Гребенщиков, мы его с дочерью очень любим, но билет стоил 5 тысяч рублей.

Один раз за всю историю пограничной жизни рядом с богатыми староста деревни Барвиха сходила на концерт, сфотографировалась с Гребенщиковым на память.

И в Dreamhouse (большой магазин) старые русские иногда ходят как в своего рода классовую разведку и, видимо, для некого социального самоутверждения. Покупая там хлеб и молоко.

Бедные никогда не будут покупать в дорогих магазинах, и наоборот, одна из ответственных социальных миссий богатых — не ломиться за дешевым товаром. Но ведь кроме ценовых границ есть социальные, и у них немного другая природа.

Проходя по пустому в будний день Dreamhouse, где одинокий примерный папа кормил пирожными двух мажорных сыновей-подростков, продавщицы рассматривали золото, и какая-то девица в велюровом костюме — аналоге треников в обычной жизни — активно виляла задом, я чувствовала, что попала в мир героев и героинь романов Оксаны Робски: ну а кто еще не совсем, у того есть время на эволюцию.

Возникало ощущение, что жизнь за стеклом комфорта должна иметь какие-то двери, входы и выходы. Если не ценовые, то социальные или человеческие.

— Им так нельзя жить, — говорил мне на другой день староста близлежащего села. — Спичка пока еще сырая, но она все равно высохнет. И вспыхнет.

Вовсе не намагниченный злом или завистью, он имел в виду спичку социального протеста. В эту прекрасную жизнь «за стеклом» не завтра, так послезавтра, по его мнению, должен был полететь камень.

В обжегшейся на революциях и их последствиях стране не так все просто со спичками, но. Среды, удобной для всех, богатые Барвихи вокруг себя не создают.

Наоборот, появление Барвихи Luxury надолго затормозило развитие обычной деревенской инфраструктуры — ведь как в любом населенном пункте, в ней должны были быть продуктовый магазин, бытовые службы, ателье, парикмахерские, почта, медпункт, центральное водоснабжение, центральная канализация.

Только в последние годы встает вопрос о том, что все это у обычных жителей должно появиться. И развитие Барвихи обыкновенной не менее важно, чем прогресс Барвихи Luxury. И что она вовсе не экономическое недоразумение, а объект, заслуживающий куда большего социального внимания.

Хотя нет-нет, да и услышишь излюбленный комментарий 90-х — а пусть смотрят на жизнь богатых и стремятся допрыгнуть до неба в алмазах. У библиотекарей, медсестер, инвалидов и пенсионеров, выращивающих морковь, видимо, нет препятствий — кроме личных или национальных недостатков — для подражания богатым людям.

Банальная пицца в пиццерии стоит почти в три раза дороже, чем в центре Венеции. Пиццерия антуражная, ну так антураж всегда мил на фоне массовой общедоступности обычных пиццерий. В конце концов в обычных кафешках Хемингуэй писал свои рассказы. В конце концов не одни богатые любят пиццу, думала я раздраженно, обедая бананами, купленными в «Азбуке вкуса».

Не заливайте президента

В деревне Подушкино, в необыкновенно чистом и простеньком доме сельского старосты Николая Сидорова, меня кормили рыбным супом, домашними котлетами, вареньем из протертой клубники, руководствуясь, видимо, вечными законами гостеприимства. И быстро собрали с собой два пакета яблок, свеклу и морковку.

Отговориться не получалось: «Это же свое!»

Николай Александрович, обустроивший берег пруда, засыпавший гравием дорожки, заложивший клумбу на месте, где самосвалы, везущие стройматериалы к домам новых русских, нещадно разбивали дорогу, составивший стратегический план развития села Подушкино, включающий строительство красного уголка и медпункта, и написавший три щемящих стихотворения о родной деревне и брошенной матери, одно из которых он не смог прочитать без слез, считает, что самый вязкий и трудный человеческий материал — это богатые.

Здесь нет огороженных заборами поселков, как в Барвихе — высокие заборы отделяют каждый особняк по отдельности, но именно на улицу, идущую вдоль этих особняков, он с самыми большими трудностями собирал с богатых людей деньги, чтобы для них же засыпать разбитую дорогу.

И именно на этой улице остро пахнет мочой — за заборами из травы выныривают сливы — и все дренажные воды текут в канавку вдоль дороги. По уму — так делать нельзя ни в коем случае. Обычные дома, в которые мы заходили и в которых тоже есть локальная канализация, как-то обходятся без таких сливов и дурного запаха на улице.

Есть такая необычная характеристика цивилизованности страны, на которую обратили внимание социологи. Чем развитее и комфортнее страна, тем места общего пользования в ней красивее мест личного пользования — скажем, площадка перед квартирами часто лучше ухожена, чем сами квартиры. И т.д., включая улицы, парки и аэропорты.Так вот, как ни крути, а в обычной части деревни Подушкино — улица, палисадники, трава возле дома лучше выглядят, чем в «новорусской». Возле огромного дома, напоминающего гибрид раймага с пирожным («Тут Лада Дэнс живет», уточнили соседи) — заросли дикой крапивы.

Только о живущем где-то на краю села Леониде Ярмольнике сохранилась отчасти добрая память со времен, когда он жил в доме попроще. За то, что он давал общечеловеческие реакции на окружающую его жизнь.

Было удивительно слышать, что к двум ветеранам Великой Отечественной войны — на стене избы одной из них висит табличка о том, что в доме 25 лет собирались ветераны войны — ни один человек с улицы больших домов за высокими заборами ни разу не проявил интерес. Не купил ни одного цветка, ни одного подарка.

Мы зашли в тот дом с памятной табличкой, необыкновенно ласковая и умная хозяйка вспоминала, как к ней приезжал целый военный госпиталь и как она всех встречала, размещала, кормила.

И переживала за президента. Заливаемый стекаемыми с богатых улиц нечистотами пруд каким-то образом соединялся с «президентским» в районе замка Мейендорф, где он принимает зарубежных гостей.

Что думают богатые жители Барвихи о своих соседях — об этом в нашей следующей публикации.

Деревни Рублевки: Барвиха на сайте Nedvio

Слово «Барвиха» давно уже стало в нашей стране синонимом элитной, благополучной жизни. Здесь живут высокопоставленные чиновники и просто богатые люди, способные заплатить за загородную недвижимость десятки и сотни миллионов рублей.

Но так было не всегда. До появления элитных коттеджных поселков здесь была деревня всего на несколько десятков хуторов, затем здесь стали строить свои дворцы князья, любили охотиться цари, а в прошлом веке — с целью поправить здоровье, приезжала партийная элита СССР.

Но обо всем по порядку…

Особенности местоположения

Деревня Барвиха находится в 8 км к западу от Москвы, вдоль Рублево-Успенского шоссе в Одинцовском районе Подмосковья.

Деревни Рублевки: Барвиха

Это большое муниципальное образование, состоящее из 12 населенных пунктов. Административным центром является маленькая деревушка Барвиха, с населением чуть более 300 человек.

Но большей известностью пользуется одноименный поселок, расположенный в 2 км севернее от деревни. Именно в его окрестностях расположились 3 элитных поселка и 1 жилой комплекс:

  • Барвиха-2;
  • Барвиха Клаб;
  • Barvikha Village;
  • Barvikha Residence.

Деревни Рублевки: Барвиха

Эти живописные места российская элита выбрала для своих резиденций не случайно.

Вокруг элитных коттеджных поселков Барвихи раскинулся лесной массив из вековых сосен, устремленных в небо. Рядом: берег Москва-реки и небольшой тихой речки Саминка. А до Москвы — рукой подать.

Читайте также: Все коттеджные и дачные поселки по Рублево-Успенскому шоссе

Деревни Рублевки: Барвиха

История Барвихи

Отсчет «возраста» Барвихи принято начинать с середины XIX века.

В это время владеть соседним селом Подушкино стал новый барин – генерал Казаков. Будучи человеком предприимчивым, он решил повысить доходность своего имения и организовать дачный поселок.

Изначально строительство планировалось рядом с деревней Усово, но эти земли «приглянулись» Дворцовому ведомству. Свои планы генерал реализовал на новом месте. Дачи расположились на берегу Саминки, неподалеку от места ее впадения в Москву-реку. Так появился поселок Барвиха.

Деревни Рублевки: Барвиха

В новой деревне был возведен барский дом, где проживала дочь Казакова – Надежда Александровна, во втором замужестве Майендорф.

После революции 1917 года имение национализировали. По воспоминаниям Марии Ульяновой, в этих местах любил отдыхать В. И. Ленин. Поначалу советская власть организовала в барском доме приют для детей-сирот, родители которых погибли в борьбе за Советскую власть. В 1935 году Совмин СССР организовал здесь знаменитый на всю страну санаторий «Барвиха».

Деревни Рублевки: Барвиха

С этого года Барвиха становится одним из излюбленных мест отдыха советской партийной и интеллигентской элиты. На государственных дачах периодически проживали:

  • писатели Булгаков, Пастернак и Андронников;
  • композитор Шостакович;
  • ученые Королев и Курчатов;
  • первый космонавт Гагарин и многие другие.

Но история Барвихи началась задолго до появления в этих местах генерала Казакова.

В документах XVIII века эту местность именовали Обориха. Причиной такого названия послужил древний бор, окружающий эти живописные места. В те времена здесь останавливались на отдых паломники, идущие в Москву.

Деревни Рублевки: Барвиха

Обширные леса всегда были излюбленным местом проведения царской охоты. В XIX веке деревню, располагающуюся в устье Саминки называли Оборвихою, а ее жителей, соответственно, оборванцами.

Однако на самом деле село было зажиточным, чему способствовало удачное местоположение: через него проходила «Царская дорога». Со временем название менялось и к 20-м годам прошлого века окончательно утвердилась Барвиха.

Читайте также: Деревни Рублевки: Раздоры

Деревни Рублевки: Барвиха

Достопримечательности

До сегодняшнего времени сохранился дом баронессы Майендорф.

После реставрации, проведенной в 2003-2004 гг., он стал официальной резиденцией Президента РФ, поэтому попасть внутрь бывшего помещичьего замка не получиться. Здесь проходят важные встречи, подписываются международные договора.

Местные жители рассказывают, что из замка можно по подземному ходу выйти к Москва-реке. Он существовал с момента постройки дома и им часто пользовались хозяева поместья. Но это, скорее всего, легенда.

Деревни Рублевки: Барвиха

А вот удивительный парк, окружавший жилище эксцентричной помещицы, сохранился до сих пор. Радуют глаз многовековые деревья, привезенные из самых разных частей мира.

Сам парк граничит с пейзажным садом в английском стиле, правда несколько запущенным. Между ними располагается живописный пруд.

Деревни Рублевки: Барвиха

Привлекает внимание и церковь Покрова Богородицы, выстроенная из цельных бревен. Она является точной копией церкви, которая была частью женского Алексеевского монастыря.

История сооружения достаточно любопытна. В 1830 году на территории обители было завершено возведение храма Христа Спасителя. В советское время на этом месте решили построить бассейн «Москва». Ради этого все постройки монастыря были разрушены, а Покровская церковь сгорела. Произошло это в 1930 году.

Деревни Рублевки: Барвиха

В постсоветское время, при участии жителей Барвихи, церковь восстановили, придав ей точно такой облик, как и много столетий назад. Также отстроили заново и храм Христа Спасителя, и монастырское подворье.

Читайте также: Стародачные поселки Подмосковья. Где они остались?

Инфраструктура

Начнем с того, что все элитные поселки и жилые комплексы Рублевки – это тщательно охраняемые объекты. Безопасность и приватность жителей здесь возведены в абсолют.

Деревни Рублевки: Барвиха

На территории Барвихинских поселков есть все, что необходимо для комфортной жизни. Здесь имеются:

  • частные и государственные школы;
  • библиотека;
  • культурные, развлекательные и торговые центры;
  • СПА-салоны и лечебные учреждения;
  • аптеки, кафе, рестораны, ночные клубы и пр.

Читайте также: Загородные школы на Рублевке и Новой Риге (Новорижском шоссе)

Правда, стоит заметить, что, в основном, они все ориентированы на людей с высоким достатком. Средний чек на покупку в местных магазинах и кафе — один из самых высоких в Московской области.

Деревни Рублевки: Барвиха

Самый известный торговый центр «Барвиха Luxury Village» расположен прямо на Рублевском шоссе и, несомненно, является визитной карточкой деревни.

В нем располагаются 37 бутиков, рестораны, автосалоны, продающие суперкары, а также отель. Но особой гордостью является концертный зал на 750 мест. В нем выступают российские и зарубежные звезды сцены, организовываются модные показы и конференции.

Почему Барвиха так популярна среди богатых людей?

Деревни Рублевки: Барвиха

Предлагаемые в поселке Барвиха дома и коттеджи считаются самыми престижными на рынке недвижимости в Подмосковье. Особняки строятся строго в едином архитектурном стиле и отличаются повышенным уровнем комфорта и чаще всего имеют огромные придомовые участки (от 30 соток).

К тому же, расположенный рядом лесной массив, охраняемый профессиональными лесничими, делает воздух чистым и ароматным. Совершать прогулки в таком лесу, недалеко от собственного дома — одно удовольствие.

Деревни Рублевки: Барвиха

Близость Рублево-Успенского шоссе и Москвы, делает жилье в Барвихе особенно привлекательным активом для бизнесменов, политиков, звезд шоу-бизнеса и других представителей элиты.

Стоит заметить, что в Барвихе приобретают недвижимость не только богатые россияне, но и знаменитости из-за рубежа. Например, Наоми Кемпбелл, всемирно известная модель, несколько лет назад купила здесь дом за 74 млн. долларов.

Стоимость жилья в Барвихе

В расположенных вокруг деревни коттеджных поселках недвижимость стоит дорого. Ну, а что удивляться — это, по сути, самый известный элитный поселок страны.

Цены на загородную недвижимость в Барвихе колеблются в диапазоне от 2 до 60 млн. долларов. Окончательная цена будет зависеть от местоположения, площади земельного участка и особенностей самого дома.

Деревни Рублевки: Барвиха

Дешевле всего обойдется покупка таунхауса класса бизнес+, расположенного в «Барвиха Village».

Таунхаус с площадью, сопоставимой целому коттеджу (350-450 м²) и земельным участком размером 2-7 соток здесь обойдется в 10-20 млн. рублей. По столичным меркам это, в общем-то, не особенно дорого.

Читайте также: Рейтинг самых дорогих домов в России

Деревни Рублевки: Барвиха

Современная деревня Барвиха — это не просто подмосковное загородное поселение. Это, прежде всего, элитные жилые комплексы с круглосуточной охраной, и самые роскошные в России частные дома и усадьбы.

Поэтому, в общем-то, очевидно, что многие стремятся купить дом в Барвихе не из-за развитой инфраструктуры и удивительных ландшафтов. Покупка дорогой недвижимости в главном элитном поселке страны является, в первую очередь, подтверждением высокого социального статуса ее владельца.

Барвиха и Жуковка — элитная недвижимость на все времена

Если ранее словом «Рублевка» обозначали географическое расположение Рублево-Успенского шоссе, то теперь это стало синонимом роскоши и престижа. На Рублевке располагается элитная недвижимость, которую строят в этом месте по некоторым причинам:

1. Этот район считается экологически чистым и имеет благоприятную розу ветров

2. Наличие великолепной природы – естественных водоемов, нетронутых человеком лесных массивов, где растут грибы и ягоды

3. Благоустроенные дома и богатая инфраструктура

4. Престижность, которая сложилась достаточно давно.

В старые времена в этой местности были расположены поселки Успенское и Рублево, а вблизи от них находилось немало усадьб и поместий аристократии Российского государства. После революционная Рублевка продолжала считаться элитным направлением, где селились первые лица государства. Сейчас многим столичным жителям хочется приобрести или арендовать жилье в этой волшебной местности, где местная аура необыкновенная.

Арендовать или купить дома в Жуковке

Некоторые населенные пункты Рублевки достаточно известны всем. Наиболее известные поселки, имеющие богатую и интересную историю – это Жуковка и Барвиха. После революции в домах Жуковки жили партийные работники и сотрудники НКВД. Популярность этой местности не удивляет. Благодаря сосновому и лиственному лесам, протекающей красавицы Москвы-реки, а также близости к Москве, поселок стал по-настоящему престижным. Специально для элитных жильцов стали возводиться невиданные ранее комфортабельные загородные особняки в Жуковке. До войны и после нее покупка или аренда домов в Жуковке были довольно сложными, из-за большого спроса и малого числа предложений по продаже.

Жуковка отличалась от других поселков тем, что удобство домов дополнялось стремительно развивающейся инфраструктурой. Люди, кто умудрялся поселиться в Жуковке, были убеждены, что в этом поселке есть все достоинства жизни за городом, а также полная городская инфраструктура. Во времена Советского Союза наличие магазинов, домов культуры, спортивных и детских площадок, а также других объектов — обязательные условиядля того, чтобы называть загородные поселки элитными.

В настоящее время проживание в Жуковке остается таким же престижным, как и 70-летие назад. Помимо просторных комфортабельных коттеджей и озелененных участков здесь функционируют автономные объекты инфраструктуры, среди которых есть место торгово-развлекательным центрам, школам, детским садам, спортивным залам, лечебным учреждениям и многому другому. Благодаря круглосуточной охране жить в этом поселке уютно, комфортно и безопасно.

Подмосковный поселок Барвиха является реальной роскошью

Одним из самых престижных районов на Рублевке по праву можно считать поселок Барвиху. Дома на его территории постоянно пользуются большим спросом. Основные достопримечательности первых поселков Подмосковья, появляющихся в этом районе еще с конца 19 века – это густые леса, где когда-то простирались охотничьи угодья русской знати, а также река Самынка, богатая вкусной пресноводной рыбкой. Теперь, когда в Барвихе выросли современные коттеджи, с ними рядом расположены памятники архитектуры – восстановленная деревянная церковь Покрова Богородицы, замок и парк усадьбы баронессы Мейендорф. В советское время дома в Барвихе снимали только люди, которые были влиятельны и известны на всю страну.

В Барвихе были дома:

• Писателей Алексея Толстого и Михаила Булгакова

• Режиссера Сергея Бондарчука

• Композитора Дмитрия Шостаковича

• Конструктора Сергея Королева

• Космонавта Юрия Гагарина

• Первого президента нашей страны Бориса Ельцина.

В наши времена живут в Барвихе только те люди, которые принадлежат к элите современной России. Покупают или снимают дома вблизи президентской трассы только подлинные VIP-персоны.

Недвижимость на Рублевке – это особый стиль жизни.

Барвиха серьезно самый (ну крутой, богатый) район Москвы? Или только рублевка? Барвиха просто выдумка из сериала?

Барвиха — реальное название самого крутого н. п. на Рублёвке.
А Рублёвка — обобщённое название всех элитных посёлков
( Барвиха, Жуковка, Горки, Ильинское, Успенское, Сосны и др.),
расположенных вдоль Рублёво-Успенского шоссе и р. Москва.

Екатерина МызинаГений (56039) 6 лет назад

Только это не Москва, а Московская область.

Москва это центральный округ. Всё остальное не Москва. Если вы не из ЦАО, вы лимита по происхождению. Да, это смешно, но среди коренных жителей столицы такие предрассудки распространены.

Alex MishinИскусственный Интеллект (583612) 6 лет назад

Вам из вашего кишлака виднее!

Похожие вопросы

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *